Спецслужба и ее агенты

Спецслужба и ее агенты.

Спецслужба и ее агенты
Фактически во всей литературе о спецслужбах их работники стают в виде таких храбрых интеллектуалов, которые ведут и выигрывают «игру» с противостоящими им и совсем не играющимися правонарушителями. Это естественно, так как данные о тайных операциях поступают в открытую печать от спецслужб и эти данные рекламно препарированы. Но если разглядывать даже более известные операции без ангажированности, то далековато не постоянно можно с уверенностью огласить, что спецслужбы переиграли преступников, почаще всего приходится констатировать все этот же обоюдный энтузиазм, непременно грязный со стороны участвующей в деле спецслужбы.
Возьмем, например, убийство Кирова, 1-го из более умных и энергичных муниципальных деятелей СССР. Органы гос сохранности даже по тем временам охраняли его чрезвычайно кропотливо. По последней мере, так кажется на 1-ый взор. Приехавший в Ленинград и пришедший к месту работы Кирова его юношеский компаньон был схвачен, арестован и жестоко избит лишь за попытку заглянуть в подъехавший к Смольному правительственный кар. А убийца Кирова Николаев днями ошивался на этом же месте с пистолетом в кармашке и задержан был в конце концов не органами госбезопасности, а милицией. Нам дают мыслить, что это случаем. У милиции Николаева забирают органы госбезопасности и… выпускают, возвратив пистолет! Снова случаем? Николаев, видимо, не полностью адекватный тип, ревновавший к Кирову свою супругу, работницу Смольного, опять идет к Смольному и проходит вовнутрь. Опять случаем? Киров заходит в Смольный и возникает в коридоре. Вот здесь бы телохранителю и занять позицию около Кирова, но телохранитель в это время куда-то делся. Очевидно, случаем. И так же случаем заместо него в коридоре возникает Николаев и стреляет Кирову в затылок. В Ленинград приезжает Сталин, чтоб лично провести следствие. Естественно сразу просит привести к для себя для допроса телохранителя Кирова. Того везут, но по дороге телохранитель случаем гибнет в авто трагедии, и допрашивать становится некого…
Даже если б тогдашний шеф спецслужб нарком НКВД Г. Ягода потом не признался в организации убийства Кирова, то разве могут быть в этом сомнения после того рассмотрения цепи этих «случайностей»? Даже таковой никчемный разведчик, как Суворов, в девичестве Резун, и тот учит, что случайность бывает лишь один раз, другие разы - это уже не случайность[1] <>. Другими словами в деле Кирова спецслужба подвела потенциального убийцу к намеченной ею жертве, и в целом здесь можно огласить, что спецслужба переиграла Николаева. Но как это огласить, если Николаев сам желал уничтожить Кирова? Кто здесь «переиграл»? Тут энтузиазм правонарушителя совпал с энтузиазмом спецслужбы, но энтузиазм спецслужбы был запятанным - антигосударственным.
Аналогичный вариант - убийство премьер-министра Израиля Рабина. По версии, поступившей, естественно, от израильских спецслужб, они выявили фанатика, замыслившего уничтожить Рабина. Чтоб взять его с поличным, они через собственного агента передали фанатику пистолет, с типа негодными патронами, и подвели фанатика к премьеру. Но ушлый террорист заподозрил подкол, сам заменил патроны на боевые, и Рабина похоронили. В таковой интерпретации событий кажется, что фанатик оказался умнее и «переиграл» спецслужбы. Быть может. Смущает лишь одно: как искренне спецслужбы желали защитить Рабина? Не было ли у их самих желания от него избавиться? А этот вопрос лейтмотивом возникает при рассмотрении практически всех схожих случаев.
Возьмем убийство в 1911 г. премьер-министра Российской Федерации П. Столыпина. Вроде бы к нему ни относиться, но это был человек идеи - тот, кто шел в должность не во имя славы либо средств, а для воплощения комплекса собственных идей. А такие люди очень требовательны и к подчиненным, и к окружающим - такие люди требуют ото всех работы, результатов, а не имитирования полезной деятельности. Значит те, кто по лени и тупости результата отдать был не способен, имели все основания Столыпина бояться не обожать.
И вот в киевском театре, в каком правитель и Столыпин присутствовали на спектакле, к Столыпину в антракте подступает киевский юрист Богров, стреляет из браунинга и смертельно ранит главу правительства Российской Федерации. При этом, к этому моменту Богров уже два года был штатным тайным сотрудником киевской охранки, конечно она выдала ему билет и пропуск на этот спектакль типа для того, чтоб он мог выявить террористов, если они попадут в театр. Исходя из этого абзаца, можно сделать вывод, что фанатик Богров «переиграл» спецслужбу и употреблял ее в собственных целях. Но снова все не так просто.
Во-1-х, уж чрезвычайно много «элиты» в Российской Федерации порадовал Богров. Потом, уж как-то чрезвычайно быстро его повесили, так торопились, так торопились, что и по этот день не понятно, к какой партии он принадлежал. Дальше, Богров непременно знал, что его повесят или уничтожат сразу. Потому перед ним стояла задачка реализовать свою жизнь подороже, т. е. от него следовало бы ждать, что он попробует уничтожить находившегося тут же царя. Но Богров преднамеренно шел убивать Столыпина. Почему? Не поэтому ли, что охранка употребляла его, а не он ее? Точнее - не поэтому ли, что лишь убийство Столыпина было выгодно обеим сторонам?
Вопрос о том, как сотрудники охранки смогли уверить фанатика-смертника выбрать не самую выдающуюся цель, а второстепенную, тоже не вопрос. От всех работников спецслужб во всех странах и постоянно требуется, чтоб они устанавливали со своими тайными агентами доверительно-товарищеские дела. Требуется это для того, чтоб агент, даже понимая свою роль, хотя бы не ощущал, что его нагло употребляют. Другими словами, поняв, что Богров желает перехитрить Охранное отделение, сотрудник охранки, в плане установления с Богровым доверительных отношений, мог говорить ему в нигде не закрепляемых беседах разные сплетни из «высшего света», ненавязчиво подводя Богро-ва к мысли, что правитель в принципе чрезвычайно отлично относится к евреям и уже издавна бы эмансипировал их, но, к огорчению, у него не хватает воли, а конкретный антисемит Столыпин практически подавил царя и парализовал его. И т. д. и т. п. Беря во внимание, что Богров еврей, таковой ненавязчивый обмен мнениями мог отдать стопроцентную гарантию того, кто станет жертвой покушения.
Видите ли, и в этом примере вопрос, кто кого употреблял, остается неразрешенным и более вероятным ответом является вывод о единении целей спецслужбы и правонарушителя, при этом цель спецслужбы была, как водится, откровенно грязной и антигосударственной.
Еще пример. В истории королевской Российской Федерации не остался не замеченным граф С. Витте, фигура очень одиозная. Чуток ли не по единодушному мнению современников, Витте был чрезвычайно умным человеком, но очень беспринципиальным, воровавшим постоянно, везде и чрезвычайно крупно. Конечно ему Наша родина должна неуклонным и устойчивым разорением, так как конечно он сделал рубль свободно-конвертируемым и обеспечивал его золотой паритет массой кабальных иностранных займов. К 1903 г. Витте уже нереально было вытерпеть, он был снят с должности министра денег Российской Федерации и отрешен от дел. В Министерстве внутренних дел начали накапливать улики для предания Витте суду.
Упомянутая мною супруга заместителя министра внутренних дел А. Богданович, кроме и так хороший информированности, содержала к тому же чрезвычайно популярный салон в Петербурге, в каком петербургская знать келейно дискуссировала свои трудности. В собственном дневнике А. Богданович сделала запись:
«Толь (губернатор Петербурга. - ЮМ.) говорил, что Плеве (убитый накануне эсером Сазоновым министр внутренних дел Российской Федерации. - Ю.М.) не вытерпел Витте, собирал материалы о его вредности и в день, когда был убит, вез царю документальные данные о изменнике Витте. Со гибелью Плеве основной неприятель Витте был уничтожен, но остаются еще два человека, которые для Витте являются тормозами для его планов, это вел. кн. Сергей Александрович, который его не терпит, и Муравьев (министр юстиции Российской Федерации и прокурор Судебной палаты. - Ю.М.), про которого Витте пустил анонимное пасквильное письмо, в каком затрагивается честь Муравьева, и уже идет слух, что Муравьев уходит и его заместителем именуют Нольде, креатуру Витте, который таковым образом спускает тоже небезопасного врага».
Видите ли, против бывшего министра денег Витте единым строем выступали государственные служащие, к которым царю было тяжело не прислушаться: министр внутренних дел, министр юстиции и родной дядя царя - генерал-губернатор Москвы.
И здесь наступает неожиданная развязка: от Муравьева Витте избавляется сам, а вот Плеве убивает человек Азефа. Богданович сделала эту запись 27 ноября 1904 г., когда великий князь Сергей Александрович был еще жив, но уже через два месяца эсер Каляев убивает и его. Таковым образом, Азеф организовал убийство главных врагов Витте, и Витте сразу прыгает «из грязищи в князи».
В летнюю пору 1905 г. его, бывшего министра путей сообщения и бывшего министра денег, отправляют заключать мирный контракт с Японией (05.09.1905 г.), по которому Витте передает ей, кроме большой контрибуции, не только лишь Порт-Артур, который жители страны восходящего солнца, по последней мере, в процессе войны взяли, да и половину Сахалина. За таковой контракт Витте получает от царя титул графа (разозленные российские называли его «графом Полусахалинским»), а уже в октябре 1905 г. правитель назначает его главой правительства Российской Федерации. Правда, граф Витте продержался на этом посту всего только до апреля 1906 г.
Если посмотреть на дело с данной стороны, то выходит, что беспринципиальный прощелыга Витте употреблял и Охранное отделение, и Азефа, чтоб добраться до вожделенного кресла премьер-министра. О том, что Витте полностью был лишен принципов, свидетельствует признание бывшего начальника Департамента милиции Российской Федерации А. Лопухина, который сказал в воспоминаниях, что после того того, как правитель убрал в 1903 г. Витте с должности министра денег, тот предлагал Лопухину организовать покушение на царя. Да и тут не все однозначно.
Дело в том, что, лишившись должности, министр денег Витте устанавливает энергичные контакты не только лишь с Лопухиным, да и со всеми революционерами. (Есть сведения, что он успел профинансировать даже ленинскую «Искру».) А когда Витте стал премьером, то конечно он подготовил октябрьский манифест царя, в каком Николай II признавал свое поражение и победу революции: объявлял «свободу», Думу и Конституцию. Таковым образом, снова непонятно, кто кого употреблял: судя по всему, конечно Азеф употреблял рвение прощелыги занять пост главы страны с тем, чтоб с его помощью достичь собственной, Азефа, революционной цели. И снова следует более вероятный вывод, что и в данном случае идет речь о совпадении преступных целей самой спецслужбы с целями преступников, для борьбы с которыми спецслужба и предназначена.
Так как мы в данном случае ставим для себя определенной целью расследование терактов 11 сентября 2001 г. в США, нам бы были наиболее увлекательны спецслужбы конечно этого страны. К огорчению, у меня не достаточно для этого примеров в силу естественной предпосылки: я - российский и мне поближе и понятнее российские дела. Но некие теракты в США и ранее все таки кидались в глаза своим явным несоответствием тому, как это как бы обязано быть, и огромным наличием очевидно неслучайных «случайностей».
Возьмем один пример - убийство президента Джона Кеннеди. В памяти остался сей день: нам в школе о убийстве Кеннеди объявили точно так, как ранее объявляли о полете в космос Ю. Гагарина и Г. Титова - прервав уроки и сообщив о объявленном трауре. Я, помнится, немедля выразил удовлетворенность по поводу того, что наш противник понес утраты - ведь у меня уже было за плечами 14 лет и уверенность в корректности собственных суждений. Но учительница не поделила моего ликования, она была искренне опечалена и произнесла, что Кеннеди был чрезвычайно неплохим президентом, так как выступал против войны с нами, а вот президент, который сменит Кеннеди, еще непонятно какой будет. С возрастом пришлось согласиться с учительницей - вправду, у СССР, может, и были весомые предпосылки уничтожить хоть какого южноамериканского президента, кроме разве Ф. Рузвельта, но не Кеннеди. После того Карибского кризиса Кеннеди попробовал перестроить политику США в наиболее реалистическом направлении - в направлении мирного сосуществования и борьбы СССР и США лишь в сфере экономики. Непременно, что он был бы избран президентом и на 2-ой срок, но был убит.
И вот 1-ая случайность в данном деле - объявленный убийцей Кеннеди Ли Харви Освальд оказался бывшим гражданином СССР! Естественно, любопытно было бы от него выяснить больше подробностей, но Освальд не успел никому огласить ни слова: некоторый обладатель бара Д. Руби, платонически любящий вдову Кеннеди, «случайно» прошел через все кордоны ФБР в полицейское управление и застрелил Освальда. Позже «случайности» начали нарастать снежным комом: выяснилось, что пули, убившие Кеннеди, прилетели не с того места, с которого, типа, стрелял Освальд и т. д., и т. п. О убийстве Кеннеди изготовлено много журналистских расследований, и кто их читал либо лицезрел, тот знает, что в деле убийства Кеннеди «случайность» на «случайности» нагорожены так, что и дураку видно, что в этом убийстве нет ничего случайного. Потому давайте поглядим на дело Кеннеди с иной стороны.
Его убийство - это громаднейший провал не только лишь спецслужб США, да и вообщем всех силовых структур Америки - ведь по разуму охраной президента в стране должны заниматься все - от постового полицейского до министра обороны: все должны устранять предпосылки, которые так либо по другому могут привести к смерти главы страны. Следовательно, по идее, эти предпосылки должны могли быть быть объявлены всем работникам силовых ведомств США - их должны могли быть учить во всех полицейских академиях, во всех школах ЦРУ с тем, чтоб не допустить новейшего покушения на президента. Но Конгресс США засекретил все материалы расследования убийства Кеннеди навсегда, т. е. Конгресс специально нанес большой вред гос сохранности страны. Почему?
Думаю, что не только лишь поэтому, что роль спецслужб США в этом убийстве разумеется: они или прямо его организовали, или сокрыли настоящих убийц. И из материалов засекреченного расследования это, непременно, становилось ясным. Но, думаю, что не это основное. В данном случае речь шла о компрометации всей политической системы США.
Вот о чем речь. Сейчас методом тайного голосования население США выбирает членов Конгресса и президента США, а крайний на всю жизнь назначает судей Верховного суда. Все эти лица числятся и считают себя сами высшей властью страны, властью, олицетворяющей правление народа. И они, и пресса захлебываются соплями от восторга при виде именно такого народовластия и таковой демократии. И против воли, подкрепляя при случае свои доводы бомбовыми ударами, навязывают эту политическую систему как эталон всему миру. А что показало бы рассекречивание материалов следствия по делу о убийстве Кеннеди? Оно бы показало, что в США нет не только лишь власти фактически народа США, но там нет и власти официальных его правителей - президентов и конгрессменов. Что там неважно какая мало-мальски богатая организация способна не только лишь привести в хоть какой орган власти собственного ставленника и вынудить его служить не народу, а своим интересам (что, фактически, самими американцами не сильно и прячется), да и то, что таковая организация способна подчинить для себя спецслужбы и с их помощью уничтожить хоть какого члена официальной власти, если он вздумает служить народу, а не ей.
Лишь сиим можно разъяснить, почему Конгресс засекретил результаты расследования убийства Кеннеди, и особо подчеркну, лишь сиим можно и разъяснить, что сегодняшний Конгресс, который так дружно, так долго и так ретиво расследовал сексапильные похождения Клинтона (государственное дело, но!), не проявляет ни мельчайшего энтузиазма к расследованию теракта 11 сентября. Даже обыкновенной по такому поводу комиссии не сделал! И понятно почему - это было бы такое расследование, в итоге которого конгрессмены внушительно доказали бы, что они - это никто и что народу США от их нет ни мельчайшей полезности.
Таковая ситуация и именуется подрывом устоев политической системы. Но вернемся к спецслужбам.